В отчетном периоде Комиссия по защите профессиональных прав адвокатов Адвокатской палаты Ростовской области (далее – Комиссия) осуществляла деятельность в составе восьми членов.

В 2025 году в Комиссию поступило 63 обращения.

По результатам рассмотрения обращений Комиссией подготовлено и вынесено 30 заключений:

1. Заключение от 16.01.2025 – по обращению адвоката П. о нарушении его профессиональных прав.

Как следует из обращения, в жилище адвоката П. на основании постановления Волгодонского районного суда Ростовской области произведен обыск в целях обнаружения и изъятия оборудования, документов, средств связи, а также электронных носителей, имеющих значение для уголовного дела, возбужденного в отношении Т.

Комиссия пришла к выводу, что санкционирующее обыск судебное постановление не соответствует положениям статьи 450.1 УПК РФ, вследствие чего производство обыска в жилище адвоката П. на основании данного судебного решения нарушает его профессиональные права, поскольку, помимо прочего, ставит под угрозу конфиденциальность сведений, составляющих адвокатскую тайну, содержащуюся в адвокатских досье и электронных носителях информации.

Комиссией принято решение об обеспечении участия представителя Адвокатской палаты Ростовской области при апелляционном рассмотрении жалобы на постановление Волгодонского районного суда Ростовской области.

2. Заключение от 11.02.2025 – по обращению адвоката П. о нарушении его профессиональных прав.

Как следует из обращения, в жилище адвоката П. на основании постановления Волгодонского районного суда Ростовской области произведен обыск в целях обнаружения и изъятия оборудования, документов, средств связи, а также электронных носителей, имеющих значение для уголовного дела, возбужденного в отношении Т. В этот же день следователем инициировано производство допроса адвоката П. в качестве свидетеля, которое оформлено соответствующим протоколом.

Комиссия отметила, что в силу требований пункта 2 части 3 статьи 56 УПК РФ, части 2 статьи 8 Федерального закона № 63-ФЗ от 31.05.2002 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

При этом Комиссия напомнила, что в соответствии с рекомендациями Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации адвокат в порядке исключения вправе давать показания в свою защиту с соблюдением требований пунктов 4 и 6 статьи 6 КПЭА («Памятка адвокату при проведении у него обыска, вызове его на допрос, проведении в отношении него оперативно-розыскных мероприятий». – М.: Граница, 2015).

В качестве итоговых выводов Комиссия рекомендовала адвокату П. рассмотреть вопрос об обжаловании действий следователя в порядке, установленном статьями 124, 125 УПК РФ. Вместе с тем, с учетом имеющихся фактических обстоятельств, итоговое решение об обжаловании действий следователя должно приниматься адвокатом самостоятельно.

3. Заключение от 25.02.2025 – по обращению адвоката Ф. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно обращению, адвокат Ф. осуществляла защиту подозреваемого А. на досудебной стадии. В ходе судебного разбирательства А. сообщил, что его допрос в качестве подозреваемого производился без участия адвоката Ф., в связи с чем адвокат вызвана в суд для допроса в качестве свидетеля.

Комиссия отметила, что в соответствии с требованиями пункта 2 части 3 статьи 56 УПК РФ и части 2 статьи 8 Федерального закона № 63-ФЗ от 31.05.2002 «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

При этом Комиссия напомнила, что в соответствии с рекомендациями Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации адвокат в порядке исключения вправе давать показания в свою защиту с соблюдением требований пунктов 4 и 6 статьи 6 КПЭА («Памятка адвокату при проведении у него обыска, вызове его на допрос, проведении в отношении него оперативно-розыскных мероприятий». – М.: Граница, 2015).

С учетом изложенного, итоговое решение о даче показаний либо об использовании свидетельского иммунитета при ответах на поставленные вопросы принимается адвокатом самостоятельно.

4. Заключение от 13.03.2025 – по обращению адвоката Ф. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Из обращения следует, что посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) адвокату Ф. было распределено поручение на осуществление защиты обвиняемого И. В рамках принятого поручения адвокату Ф. стало известно о наличии у подсудимой защитника по соглашению – адвоката Ш., в связи с чем ею было заявлено ходатайство об освобождении ее от участия в деле, в удовлетворении которого было отказано. Суд указал, что защитник по соглашению – адвокат Ш. не явился в судебные заседания 03, 04 и 07 марта 2025 года без уважительных причин, что явилось основанием для назначения защитника в порядке, предусмотренном статьей 50 УПК РФ.

Адвокатом Ш., в свою очередь, Комиссии представлен электронный листок нетрудоспособности, из которого следует, что в период с 03.03.2025 по 11.03.2025 Ш. осуществлялся уход за ребенком. Также Комиссии представлена копия заявления адвоката Ш. от 03.03.2025 в адрес суда о невозможности явки в судебные заседания 03, 04 и 07 марта 2025 года по причине временной нетрудоспособности.

Комиссия отметила, что неявка адвоката Ш. в судебные заседания 03, 04 и 07 марта 2025 года была обусловлена необходимостью осуществления ухода за больным членом семьи - малолетним ребенком, что подтверждается оформленным в установленном порядке электронным листком нетрудоспособности. Наличие листка нетрудоспособности свидетельствует о невозможности лица, которому этот документ выдан, исполнять свои профессиональные обязанности.

Комиссия также обратила внимание на дисциплинарную практику органов судейского сообщества, которая наличие листка нетрудоспособности во всех случаях рассматривает как доказательство уважительности причин отсутствия судей на рабочем месте и/или неявок для рассмотрения вопросов о наложении на них дисциплинарного взыскания. Органами адвокатского самоуправления выработан аналогичный подход, согласно которому право на жизнь и охрану здоровья являются фундаментальными и неотчуждаемыми конституционными правами человека, не подлежащими ограничению. Иное свидетельствовало бы о пренебрежительном и дискриминационном отношении к правам адвокатов, в том числе к реализации ими конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь.

Признав причины неявки адвоката Ш. в судебные заседания 03, 04 и 07 марта 2025 года уважительными, Комиссия рекомендовала адвокату Ф. направить в суд заявление с изложением фактических и правовых оснований, препятствующих ее участию в уголовном деле по обвинению И., после чего устраниться от участия в деле.

5. Заключение от 21.03.2025 – по обращению адвоката С. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Из обращения следует, что посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) адвокату С. было распределено поручение на осуществление защиты подсудимого Николая Л. В материалах уголовного дела имеется незаверенная копия паспорта гражданина Украины Л., в котором указано имя «Микола». Адвокатом было заявлено ходатайство об устранении ее из дела, поскольку ордер выдан на осуществление защиты «Николая», в удовлетворении ходатайства было отказано. Адвокат просит дать разъяснения относительно возможности дальнейшего участия в деле.

Комиссия пришла к выводу, что поскольку в ходе предварительного слушания председательствующим выполнены требования части 1 статьи 265 УПК РФ и уголовно преследуемое лицо идентифицировано судом как Николай Л., адвокату С. необходимо действовать в соответствии с подпунктами 1 и 4 пункта 1 статьи 7 Федерального закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и пунктом 1 статьи 8 Кодекса профессиональной этики адвоката – честно, разумно, добросовестно и квалифицированно исполнять обязанности по защите подсудимого Л.

6. Заключение от 02.04.2025 – по обращению адвоката С., в котором адвокат просит оказать ей юридическую помощь по уголовному делу, возбужденному в отношении нее по части 3 статьи 298.1 УК РФ.

Адвокату разъяснено, что Комиссия не уполномочена оказывать юридическую помощь адвокату в уголовном процессе в статусе защитника. Вместе с тем адвокату С. даны развернутые рекомендации по возможным действиям в рамках уголовного дела, изучены подготовленные ею жалобы и ходатайства, даны рекомендации с учетом судебной практики. Комиссия также разъяснила, что готова оказывать адвокату С. дальнейшую методическую помощь.

7. Заключение от 03.04.2025 – по обращению адвоката М. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, по вопросу, касающемуся возможной «двойной защиты».

Комиссия разъяснила, что в соответствии с Решением Совета Федеральной палаты адвокатов РФ «О двойной защите» от 27.09.2013 (в ред. от 28.11.2019) и Разъяснением Адвокатской палаты Ростовской области «Об участии в уголовном судопроизводстве защитников по назначению» (утв. решением Совета АП РО от 06.05.2020, протокол № 5) в случае невозможности участия в уголовном процессе защитника по соглашению или назначению в течение 5 суток, если иное не предусмотрено законом, адвокат, назначенный защитником в соответствии со статьей 50 УПК РФ, обязан принять на себя защиту подсудимого.

Установив факты неявки и невозможности участия в судебных заседаниях защитника по соглашению свыше 5 суток, вызванных нахождением в отпуске с выездом за пределы Российской Федерации, Комиссия пришла к выводу, что при таких обстоятельствах участие в деле защитника по назначению при наличии защитника по соглашению не может рассматриваться как недопустимое дублирование функций защиты.

8. Заключение от 04.04.2025 – по обращению адвоката Б. о неправомерных действиях, совершенных в отношении него в ходе осуществления профессиональной деятельности.

Комиссия установила, что адвокатом Б. выполнены необходимые и достаточные, с учетом имеющихся сведений, действия, направленные на нейтрализацию поступивших в его адрес угроз, а также на инициацию привлечения виновных лиц к установленной законом ответственности.

Вместе с тем Комиссия направила в адрес прокурора Первомайского района г. Ростова-на-Дону обращение с просьбой взять на контроль ход и результаты проверок, проводимых по заявлениям адвоката Б.

9. Заключение от 15.04.2025 – по обращению адвоката Г. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно обращению, посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) адвокату Г. было распределено поручение на осуществление защиты обвиняемого И. В ходе ознакомления с материалами уголовного дела адвокату стало известно, что подсудимая И. отказалась от защитника по соглашению Ш. и заявила ходатайство о предоставлении ей 5 суток для заключения соглашения с другим адвокатом. В этой связи адвокатом Г. было подано заявление об освобождении от участия в деле, в удовлетворении которого было отказано. В судебное заседание подсудимая И. явилась с вновь вступившим защитником по соглашению и обратилась к суду с заявлением об отказе от защитника по назначению, адвокат Г. заявление подсудимой поддержала, тем не менее в удовлетворении заявления судом было повторно отказано.

Комиссия отметила, что вопрос о дублировании функций защиты по уголовному делу в отношении И. ранее являлся предметом рассмотрения Комиссии. В заключении от 13.03.2025 по обращению адвоката Ф. Комиссия, исходя из общеобязательных позиций высших судов, выраженных в постановлениях Конституционного Суда РФ № 28-П от 17.07.2019 и Пленума Верховного Суда РФ № 29 от 30.06.2015, а также внутрикорпоративных правил, закрепленных в Решении Совета ФПА РФ «О двойной защите» от 27.09.2013 (в ред. от 28.11.2019) и Разъяснении Адвокатской палаты Ростовской области «Об участии в уголовном судопроизводстве защитников по назначению» (утв. решением Совета АП РО от 06.05.2020, протокол № 5), рекомендовала заявителю устраниться от участия в уголовном деле по обвинению И. ввиду отсутствия сведений о злоупотреблении правом со стороны защитника и/или уголовно преследуемого лица.

Между тем впоследствии в Адвокатскую палату Ростовской области представлена копия судебного постановления, из которого следует, что помимо неявки защитника Ш. в судебные заседания 03.03.2025, 04.03.2025 и 07.03.2025, суд признал отказ подсудимой И. от защитника на стадии прений злоупотреблением правом, а процессуальное поведение подсудимой недобросовестным и ущемляющим конституционные права других участников процесса.

Комиссия пришла к выводу, что при таких обстоятельствах участие в деле защитника по назначению при наличии у того же лица защитника по соглашению не может рассматриваться как недопустимое дублирование функций защиты, нарушающее конституционное право обвиняемого на свободный выбор защитника.

10. Заключение от 17.04.2025 – по обращению адвоката Р. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Из обращения адвоката Р. следует, что посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) ей было распределено поручение на осуществление защиты обвиняемого С. на предварительном следствии. После передачи уголовного дела в суд в первое судебное заседание явился защитник по соглашению. Адвокатом Р. было заявлено ходатайство об освобождении ее от участия в деле, которое было поддержано подсудимым, однако суд данное ходатайство отклонил.

Комиссия установила, что подсудимый С. обеспечен защитой в установленном законом порядке – его защиту осуществляет адвокат по соглашению, который является в судебные заседания и надлежащим образом исполняет свои профессиональные и процессуальные обязанности.

Основываясь на Решении Совета ФПА РФ «О двойной защите» от 27.09.2013 (в ред. от 28.11.2019) и Разъяснении Адвокатской палаты Ростовской области «Об участии в уголовном судопроизводстве защитников по назначению» (утв. решением Совета АП РО от 06.05.2020, протокол № 5), Комиссия рекомендовала адвокату Р. направить в суд заявление об отсутствии правовых оснований для ее участия в судебном разбирательстве, после чего устраниться от участия в деле.

11. Заключение от 12.05.2025 – по обращению адвоката Г. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно обращению, адвокат Г. осуществляла защиту М. (по назначению) на стадии предварительного следствия по уголовному делу, находившемуся в производстве ГСУ ГУ МВД России по Ростовской области. В ходе производства по уголовному делу между обвиняемыми М. и С. была проведена очная ставка, результаты которой выявили отсутствие противоречий в их позициях. В этот же день между адвокатом Г. и обвиняемой С. было заключено соглашение, после чего адвокатом осуществлялась защита обвиняемых М. (по назначению) и С. (по соглашению). 12.02.2024 обвиняемая С. заключила соглашение с другим адвокатом и заявила об отказе от защитника Г., ее позиция по делу изменилась. Адвокат Г. обратилась с просьбой о даче разъяснений относительно ее действий в сложившейся ситуации.

Комиссия отметила, что согласно обращению, и на момент принятия поручения на защиту М., и при заключении соглашения с С. рассогласованность в позициях уголовно преследуемых лиц отсутствовала. Отсутствие противоречий между интересами сообвиняемых в период осуществления их защиты адвокатом Г. подтверждается, помимо сведений, полученных от адвоката, также отсутствием каких-либо заявлений о нарушении процессуальных прав, в том числе и права на защиту, со стороны С. и адвоката, осуществляющего ее защиту - как в период предварительного следствия, так и на стадии судебного разбирательства.

Вместе с тем, с учетом требований пункта 3 части 1 статьи 72 УПК РФ, Комиссия рекомендовала адвокату Г. заявить о самоотводе, и в случае удовлетворения заявления судом, устраниться от участия в деле.

12. Заключение от 16.05.2025 – по обращению адвоката С. о защите ее профессиональных прав и даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Из обращения следует, что посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) адвокату С. было распределено поручение на осуществление защиты обвиняемого К., с которым на 06.05.2025 было запланировано проведение следственных действий в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по Ростовской области. 05.05.2025 следователь посредством мессенджера «WhatsApp» запросил у адвоката С. сведения, необходимые для прохода в СИЗО, включая ФИО, номер удостоверения и ордера. Через непродолжительное время посредством мессенджера «WhatsApp», адвокату С. поступил звонок с незнакомого номера с аватаром религиозного содержания. На этот звонок она не ответила, а номер заблокировала в мессенджере. На следующий день с этого же номера поступило еще два входящих вызова, по сотовой линии связи, которые также ею были проигнорированы. В этот же день, находясь в следственном изоляторе, адвокат услышала разговор следователя с её подзащитным, в ходе которого следователь сообщил, что предоставил номер адвоката родственникам обвиняемого.

В обращении адвокат С. высказывает предположение, что звонившее ей с номера лицо не является родственником ее подзащитного, так как, по ее мнению, мать либо отец подзащитного должны были прислать сообщение. Адвокат С. не исключает, что следователь предоставил неизвестным лицам ее номер мобильного телефона для последующего выяснения ими у адвоката информации по уголовному делу, возможно, с целью ее привлечения к ответственности за распространение данных предварительного расследования. В то же время указывает, что ей достоверно не известно, кто звонил с вышеуказанного абонентского номера телефона, так как на телефонные звонки она не отвечала. В обращении адвокат С. приводит сведения об иных незаконных действиях, которые, по ее предположению, могут быть совершены в отношении нее после передачи следователем неизвестным лицам используемого ею абонентского номера мобильного телефона, в том числе предполагает, что без ее ведома может быть пополнен банковский счёт, привязанный к номеру мобильного телефона, что создаст риск последующего привлечения ее к ответственности. Указывает на возможность получения по номеру телефона её паспортных данных и другой персональной информации, что нарушает ее неприкосновенность как адвоката и гражданина РФ. Также сообщает, что после подписания 06.05.2025 протоколов процессуальных действий следователь предпринял попытку ее сфотографировать вместе с подзащитным – для фиксации ее участия в следственном действии и последующего приобщения фототаблицы к протоколу. Она отказалась, на что следователь предложил написать заявление об отказе фотографироваться, на что она также отказалась. Высказывает предположение, что фотографии нужны были следователю для последующей передачи тем же лицам, которые осуществляли на ее номер звонки, чтобы они могли узнать ее на улице, возле дома и т.д.

Адвокат С. просит защитить ее профессиональные права и разъяснить порядок реагирования на указанные факты, а также сообщить, следует ли направлять сообщение в Роскомнадзор об утечке ее персональных данных.      

Изучив представленные материалы, Комиссия пришла к следующему.

Фактические обстоятельства, изложенные в обращении, в значительной части строятся на предположениях адвоката С., которая не предприняла каких-либо действий по выяснению личности звонившего, не обратилась к следователю с вопросом о причинах возможной передачи данных. Также адвокатом не были приняты меры, направленные на установление личности звонившего, путем обращения к доверителю, который мог сообщить, известен ли ему указанный абонентский номер сотового оператора связи, а также личность лица, его использующего. В тексте обращения преобладают акценты на потенциальных угрозах, граничащие с катастрофизацией событий. Адвокат указывает, что игнорировала входящие вызовы, не выясняла личность звонившего, при этом делает многоуровневые выводы, предполагает сценарии развития событий, включая угрозу ее физической идентификации на улице и вмешательства в банковские операции.

В этой связи Комиссия отметила, что сведения об адвокате С., включая ФИО, регистрационный номер в реестре адвокатов, номер удостоверения, контактный номер телефона, почтовый адрес и адрес электронной почты, в соответствии с подпунктом 6 пункта 2.4 «Порядка ведения адвокатской палатой субъекта Российской Федерации сайта в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и размещения на нем информации», утв. решением Совета ФПА РФ от 14.02.2020 размещены на сайте Адвокатской палаты Ростовской области, что делает их доступными для любого заинтересованного лица.

Следователь, согласно описанию в обращении, не предпринимал принудительных мер, не препятствовал деятельности адвоката и осуществлению защиты. Фотофиксация участников следственного действия в ряде случаев допустима (часть 1.1 статьи 170, часть 4 статьи 190 УПК РФ), при отсутствии возражений со стороны участника следственного действия. Как усматривается из обращения, следователь предпринимал неоднократные попытки «убедить» (кавычки заявителя) адвоката, однако последняя отказалась фотографироваться, равно как и писать об этом заявление, ее отказ был реализован.

Комиссия пришла к выводу, что изложенные в обращении адвоката С. обстоятельства не образуют оснований для применения механизмов, предусмотренных Положением «О порядке осуществления защиты профессиональных прав адвокатов», утв. решением Совета ФПА РФ от 18.06.2024.

13. Заключение от 19.05.2025 – по обращению адвоката Г. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно обращению и представленным материалам, адвокат Г. осуществлял защиту Г-ова по назначению на стадии предварительного следствия. Впоследствии Г-овым было заключено соглашение с другим адвокатом, после чего адвокат Г. участия в следственных действиях и судебных заседаниях по уголовному делу не принимал.

28.04.2025 на имя адвоката Г. из Таганрогского городского суда поступило письмо, из которого следует, что Г-овым в судебном заседании заявлено ходатайство об обеспечении участия защитника Г. в порядке назначения.

Комиссия напомнила, что Совет Федеральной палаты адвокатов РФ в Рекомендации «Об обеспечении непрерывности защиты по назначению» от 28.11.2019 отметил, что адвокат, принявший поручение по осуществлению защиты по назначению в досудебном производстве, в соответствии с пунктом 2 статьи 13 Кодекса профессиональной этики адвоката, не вправе отказаться от защиты в суде первой инстанции, включая подготовку и подачу апелляционной жалобы на приговор суда. Ввиду отсутствия письменного отказа Г-ова от защитника Г., заявленного в порядке, установленном части 1 статьи 52 УПК РФ, а также с учетом его волеизъявления, изложенного в ходатайстве об обеспечении участия защитника в порядке назначения, Комиссия пришла к выводу об отсутствии в рассматриваемом случае «двойной защиты», в связи с чем на адвокате Г. лежит обязанность по осуществлению защиты подсудимого Г-ова на стадии судебного разбирательства.

14. Заключение от 19.06.2025 – по обращению адвоката Ч. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, имеются ли в его действиях нарушения положений Кодекса профессиональной этики адвоката и Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации».

Комиссия отметила, что применительно к предмету обращения Комиссия может высказывать только оценочные суждения относительно правомерности действий адвоката в конкретной ситуации. Установление же наличия либо отсутствия в действиях адвоката нарушений законодательства об адвокатуре относится к исключительной компетенции квалификационной комиссии и Совета адвокатской палаты (пункт 5 статьи 19 КПЭА), в порядке, установленным разделом II КПЭА, в связи с чем поставленный в обращении вопрос не может быть разрешен в рамках настоящей процедуры.

15. Заключение от 25.06.2025 – по обращению адвоката Н., в котором содержится просьба о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 КПЭА, в связи с вызовом его на допрос в качестве свидетеля по уголовному делу, расследуемому в отношении его доверителя.

Комиссия отметила, что в силу требований пункта 2 части 3 статьи 56 УПК РФ, части 2 статьи 8 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» адвокат не может быть вызван и допрошен в качестве свидетеля об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием.

Комиссия пришла к выводу, что в условиях отсутствия согласия обвиняемого и ходатайства адвоката Н., его допрос в качестве свидетеля не отвечает требованиям приведенных нормативных предписаний, в связи с чем рекомендовала адвокату Н. направить в следственный орган обращение с изложением правовых и фактических оснований, препятствующих его допросу в качестве свидетеля по уголовному делу, расследуемому в отношении его доверителя.

16. Заключение от 15.07.2025 – по обращению адвоката А. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, в связи с возникновением риска дублирования защиты.

Комиссия отметила, что постановление Первомайского районного суда г. Ростова-на-Дону от 14.07.2025 содержит утверждение, согласно которому назначение защитника при наличии защитника по соглашению является правом суда. Однако с таким утверждением согласиться нельзя, поскольку оно противоречит базовым принципам уголовного судопроизводства и ведет к дискредитации самого института защиты по назначению. Действительно, отказ от защитника не обязателен для суда (часть 2 статьи 52 УПК РФ), однако приведенное отсутствие императива не тождественно безусловному праву суда защитника назначать.

Вместе с тем решение о назначении защитника при наличии у обвиняемого защитника по соглашению как таковое суд принять вправе, но лишь в исключительных случаях – когда уголовно-преследуемое лицо и (или) его защитник подменяют реализацию своих процессуальных прав злоупотреблением правомочиями, о чем выносится постановление (определение), которое должно содержать фактическое обоснование принятого решения.

В постановлении от 14.07.2025 суд мотивировал свое решение неоднократными неявками защитника по соглашению М. без уведомления суда и без предоставления подтверждающих документов, наличием обстоятельств, препятствующих его участию в последующих судебных заседаниях в течение двух недель, признав такие действия дезорганизующими процесс. При таких обстоятельствах участие в деле защитника по назначению при наличии защитника по соглашению не может рассматриваться как недопустимое дублирование функций защиты, нарушающее конституционное право обвиняемого на свободный выбор защитника, и само по себе не исключает возможности приглашенного защитника выполнять взятое на себя поручение.

Комиссия рекомендовала адвокату А. в ходе осуществления защиты заявить ходатайство о предоставлении достаточного и разумного времени для ознакомления с материалами уголовного дела; предпринять попытки согласования позиции с подзащитной, а также с защитником по соглашению; при невозможности согласования поставить об этом в известность суд и заявить, что защита будет осуществляться, исходя из сведений, содержащихся в материалах уголовного дела.

17. Заключение от 21.07.2025 – по обращению адвоката Л. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, обязан ли он давать показания по уголовному делу, рассматриваемому в отношении его доверителя; если нет, каким образом это нормативно регламентировано.

Из обращения следует, что адвокат Л. ранее в порядке назначения осуществлял защиту обвиняемого П. на стадии предварительного следствия. 21.07.2025 года адвокату поступило уведомление о необходимости явки в Октябрьский районный суд г. Ростова-на-Дону для допроса в качестве свидетеля по уголовному делу в отношении П. От помощника судьи адвокату стало известно, что подсудимый в судебном заседании заявил о подписании в присутствии адвоката Л. незаполненных листов протокола допроса в качестве подозреваемого, протокол допроса ему – П. – не знаком, он его не читал.

Комиссия разъяснила, что в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 56 УПК РФ не подлежат допросу в качестве свидетеля: адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого – об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием, за исключением случаев, если о допросе в качестве свидетеля ходатайствует адвокат, защитник подозреваемого, обвиняемого с согласия и в интересах подозреваемого, обвиняемого. Соответственно, в случае если инициатива допроса адвоката в качестве свидетеля исходит от участников уголовного судопроизводства со стороны защиты, допрос адвоката (защитника) об обстоятельствах, ставших ему известными в связи с обращением к нему за юридической помощью или в связи с ее оказанием, является допустимым.

При этом адвокат в ходе его допроса не может быть стеснен либо ограничен в процессуальных правах, в частности, в праве отказаться свидетельствовать против самого себя (пункт 1 части 4 статьи 56 УПК РФ). В качестве итоговых выводов, Комиссия разъяснила, что с учетом приведенных нормативных предписаний, решение о даче показаний либо об отказе от дачи показаний принимается адвокатом самостоятельно.

18. Заключение от 24.07.2025 – по обращению адвоката У. о нарушении ее профессиональных прав.

Из обращения следует, что посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) адвокату У. было распределено поручение на осуществление защиты обвиняемого П. В согласованное со следователем время адвокат У. прибыла для совместного следования в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Ростовской области (г. Новочеркасск), но автомобиля на месте не оказалось. Адвокат У. была поставлена в известность, что ее не стали ждать, поскольку по пути образовался дорожный затор, и следователь опасался опоздать в следственный изолятор.

Комиссия отметила, что в соответствии с требованиями федерального законодательства (статья 9 УПК РФ) и внутрикорпоративных сводов и правил (пункты 6 и 9 Кодекса этики и служебного поведения сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации, статья 12 Кодекса профессиональной этики адвоката) участники уголовного судопроизводства должны строить отношения на основе взаимного уважения.

Из заявки, размещенной посредством КИС АР, следует, что местом производства процессуального действия является ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Ростовской области (г. Новочеркасск). Вместе с тем, ввиду удаленности места производства предварительного расследования от места содержания обвиняемых под стражей, выработана практика совместного следования участников уголовного судопроизводства к месту проведения процессуальных (следственных) действий. Исходя из этого правила, между адвокатом У. и следователем Н. достигнута соответствующая договоренность. Исполнение имеющихся договоренностей позволило бы избежать возникновение разногласий, соблюсти права всех участников уголовного судопроизводства и оптимально использовать их рабочее время.

Комиссия рекомендовала Совету Адвокатской палаты Ростовской области рассмотреть вопрос о направлении начальнику СО ОМВД России по г. Батайску обращения с просьбой о рациональном взаимодействии с адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве.

19. Заключение от 24.07.2025 – по обращению адвоката Х. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно обращению и представленным документам, посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) адвокату Х. было распределено поручение на осуществление защиты обвиняемой К. По прибытии в следственный отдел адвокату Х. стало известно об отказе обвиняемой К. от защитника по назначению, также последняя отказалась от согласовывания с адвокатом позиции по уголовному делу. Следователь, в свою очередь, ознакомил адвоката с постановлением о назначении защитника, из которого следовало, что обвиняемая 01.07.2025 отказалась от защитников К-са и Ф., 02.07.2025 в уголовное дело вступил защитник К-жи, который от участия в следственных действиях уклонялся, 10.07.2025 К. отказалась от защитника К-жи и вновь заключила соглашение с адвокатами К-сом и Ф., которые для участия в следственных действиях не являются. Такое процессуальное поведение обвиняемой К. расценено органом предварительного следствия как злоупотребление правом, и послужило основанием для назначения защитника в порядке статьи 50 УПК РФ.

Комиссия отметила, что в процессуальном решении приведены конкретные фактические обстоятельства, позволившие следователю прийти к выводу о намеренной дезорганизации хода предварительного следствия. При таких обстоятельствах, с учетом позиции Совета ФПА РФ, выраженной в решении «О двойной защите» от 27.09.2013 (в ред. от 28.11.2019), участие в деле защитника по назначению при наличии у того же лица защитников по соглашению не может рассматриваться как недопустимое дублирование функций защиты.

20. Заключение от 11.08.2025 – по обращениям адвокатов Ш., Б. и А. о нарушении их профессиональных прав.

Согласно обращениям, адвокаты, осуществляющие защиту по уголовным делам в судах Ростовской области, сталкиваются с тем, что после годичного срока рассмотрения уголовных дел судьи районных судов принимают неоправданные меры для ускорения их рассмотрения, в том числе путем увеличения частоты судебных заседаний, вне зависимости от сложности и объема конкретного уголовного дела, количества подсудимых и других объективных причин, ссылаясь на требование руководства Ростовского областного суда о необходимости рассмотрения любого уголовного дела в срок до одного года.

Комиссия напомнила, что в соответствии с требованиями федерального законодательства (статья 9 УПК РФ) и внутрикорпоративных сводов и правил (статьи 8-11 Кодекса судейской этики, статья 12 Кодекса профессиональной этики адвоката, пункты 2.1.10-2.1.12 Кодекса этики прокурорского работника Российской Федерации) участники уголовного судопроизводства должны строить отношения на основе взаимного уважения.

В свете приведенных нормативных предписаний Комиссия отметила, что основанное на уважении к участникам уголовного судопроизводства надлежащее долгосрочное планирование судебных заседаний, исполнение требований высшего судебного органа о необходимости согласования графика судебных заседаний со всеми участниками процесса и обеспечение стабильности установленного графика позволит избежать возникновения разногласий, соблюсти права всех участников уголовного судопроизводства и оптимально использовать их рабочее время. Поскольку по сведениям, имеющимся в распоряжении Комиссии, обсуждаемый проблемный аспект носит неединичный характер, Комиссия рекомендовала Совету Адвокатской палаты Ростовской области рассмотреть вопрос о направлении председателю Ростовского областного суда Тарасову В.Н. обращения с просьбой взять на контроль вопросы формирования графиков судебных заседаний и обеспечения их стабильности.

21. Заключение от 27.08.2025 – по обращению адвоката Ш. о воспрепятствовании его профессиональной деятельности.

Из обращения следует, что адвокат Ш. осуществляет защиту обвиняемой М. В рамках расследования уголовного дела следователем вынесено постановление о производстве безотлагательного обыска в домовладении, в котором проживает родной брат адвоката Ш. По мнению адвоката, целью лиц, проводивших обыск, являлось оказание на него давления в связи с осуществляемой профессиональной деятельностью по вышеуказанному уголовному делу.

Комиссия отметила, что совокупность действий и решений, принятых следственным органом, позволяет прийти к выводу о наличии признаков нарушения гарантий независимости адвоката, что требует соответствующего реагирования со стороны органов адвокатского самоуправления.

В соответствии с частью 1 статьи 18 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» вмешательство в адвокатскую деятельность, осуществляемую в соответствии с законодательством, либо препятствование этой деятельности каким бы то ни было образом запрещаются.

М. обвиняется в совершении преступления, относящегося к категории преступлений небольшой тяжести. 18.08.2025 следователем вынесено постановление о производстве обыска в случаях, не терпящих отлагательства, в отношении ШМ, который является родным братом адвоката Ш. Из протокола обыска от 19.08.2025 следует, что для производства следственного действия прибыли четыре следователя СО по г. Донецку СУ СК РФ по Ростовской области, три оперуполномоченных МРО 2 УУР ГУ МВД России по Ростовской области и участковый уполномоченный МО МВД России «Каменский».

Направление на обыск по делу о нетяжком преступлении четверых следователей и четверых сотрудников МВД объективно выглядит чрезмерным и необоснованным. Сопоставление этих обстоятельств с фактом производства обыска у близкого родственника адвоката-защитника по этому же уголовному делу свидетельствует об обоснованности опасений заявителя о намерении оказать на него давление с целью воспрепятствования профессиональной деятельности.

В этой связи Комиссия рекомендовала Совету Адвокатской палаты Ростовской области рассмотреть вопрос о направлении прокурору г. Донецка Ростовской области обращения с просьбой взять на контроль расследование уголовного дела <…> и принять меры к недопущению нарушения гарантий независимости адвоката.

22. Заключение от 04.09.2025 – по обращению адвоката М., в котором сообщается о поступивших в адрес адвоката оскорблениях, угрозах причинения вреда жизни и здоровью в связи с осуществлением профессиональной деятельности.  

Комиссия установила, что исходя из содержания электронных писем, поступивших в адрес адвоката М., использованные лицом, их направившим, словесных конструкций указывает на наличие в действиях коммуниканта признаков оскорбления, а также угрозы причинения вреда здоровью. Контекст представленных с обращением скриншотов свидетельствует о составлении сообщений при полной осведомленности исполнителя о том, что адресат является адвокатом – лицом, обладающим специальным статусом.

С учетом положений части 1 статьи 18 Федерального закона от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации», раздела III Положения «О порядке осуществления защиты профессиональных прав адвокатов», утв. Решением Совета ФПА РФ от 18.06.2024, Комиссия рекомендовала Совету Адвокатской палаты Ростовской области рассмотреть вопрос о направлении прокурору г. Новочеркасска обращения с просьбой принять меры прокурорского реагирования, направленные на установление лица, направившего в адрес адвоката М. электронные письма, содержащие оскорбления и угрозы, и его привлечение к предусмотренной законом ответственности.

23. Заключение от 05.09.2025 – по обращению адвоката Г. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно обращению, адвокатом Г. на основании заявки № <…> принято поручение на защиту подсудимого В. в Советском районном суде г. Ростова-на-Дону. В ходе ознакомления с материалами уголовного дела ему стало известно, что на досудебной стадии защиту В. осуществляла адвокат М. Согласно имеющейся в материалах уголовного дела телефонограмме, адвокат М. стала участником ДТП, и в тяжелом состоянии находится в медицинском учреждении, в связи с чем судом принято решение о назначении защитника.

Комиссия пришла к выводу, что с учетом разъяснений Совета Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации, содержащихся в Решении «О двойной защите» от 27.09.2013 (в ред. от 28.11.2019), и при обстоятельствах, изложенных в обращении, в случае, если в уголовное дело на судебной стадии не вступит защитник по соглашению, адвокату Г. надлежит принять на себя защиту подсудимого В.

24. Заключение от 19.09.2025 – по обращениям адвоката Б., в которых ставится вопрос о нарушении его профессиональных прав.

Из обращений адвоката Б. следует, что он заключил соглашение на оказание юридической помощи Л. и является его защитником. Адвокатом не предоставлено соглашение на защиту, вместе с тем, в силу презюмируемой добросовестности адвоката, Комиссией не проверялось и не ставилось под сомнение наличие такового.

При этом, согласно информации, полученной от защитника Л. – адвоката Г. в порядке, предусмотренном п. 5.1 Положения о Комиссии, Л. ясно и недвусмысленно выразил свою волю в вопросе, касающемся участия адвоката Б. в его защите: «Соглашение с адвокатом Б. я не заключал, согласие на мою защиту им в качестве адвоката не даю и в его услугах не нуждаюсь».

С учетом изложенных обстоятельств Комиссия не усмотрела оснований для признания нарушения профессиональных прав адвоката Б.

25. Заключение от 07.10.2025 – по обращению адвоката Л. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Согласно обращению, адвокат Л. на основании соглашений осуществляет защиту СИ и СО на стадии предварительного следствия по уголовному делу, находящемуся в производстве СО по г. Пятигорску СУ СК России по Ставропольскому краю. При заключении соглашений была достигнута устная договоренность, согласно которой оплата гонорара будет осуществляться поэтапно, частями и в разумные сроки. Также будут оплачиваться транспортные расходы, связанные с выездом адвоката в г. Пятигорск. Несмотря на это, СИ и СО свои обязательства по оплате гонорара выполнять отказываются, мотивируя это тем, что они до сих пор не получили результата ее работы – не оказались на свободе. На направленную адвокатом в их адрес претензию не отвечают.

Адвокат просит дать ей разъяснения относительно ее действий в сложившейся ситуации, а также разъяснить, обязана ли она осуществлять защиту СИ и СО в суде первой инстанции при условии, что соглашения с ними заключены только на стадию предварительного следствия.

Комиссия отметила, что согласно Разъяснению Комиссии по этике и стандартам Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации по вопросам применения пункта 2 статьи 13 Кодекса профессиональной этики адвоката от 15.12.2022 адвокат не вправе отказаться от защиты при наличии действующего (не расторгнутого в установленном порядке) соглашения. Вместе с тем гражданско-правовая природа соглашения об осуществлении защиты по уголовному делу не исключает включение сторонами в указанное соглашение условия о праве адвоката отказаться от исполнения обязательств по соглашению в случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) доверителем обязанности по выплате адвокату вознаграждения. При этом, с учетом очевидно различного уровня юридической квалификации, указанное выше условие должно быть отдельно и особо разъяснено доверителю.

Поскольку соглашения с СИ и СО таких условий не содержат, Комиссия пришла к выводу, что правовые основания для инициативного – со стороны адвоката Л. – расторжения соглашений отсутствуют, что обусловливает необходимость продолжения осуществления адвокатом защиты обвиняемых на досудебной стадии. Вместе с тем, с учетом того, что предметом заключенных соглашений является защита на стадии предварительного следствия, их действие не распространяется на стадию судебного разбирательства.

26. Заключение от 13.10.2025 – по обращению адвоката А. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, в связи с вызовом в Новочеркасский городской суд Ростовской области в качестве представителя потерпевшего.

Комиссией установлено, что соглашение между адвокатом А. и клиентом-потерпевшим по уголовному делу № 1-240/2025 на текущий момент отсутствует, соответственно, отсутствуют и правовые основания для участия адвоката А. в судебных заседаниях по уголовному делу по обвинению Б.

Комиссия рекомендовала адвокату А. направить в адрес Новочеркасского городского суда Ростовской области уведомление об отсутствии оснований для его участия в судебных заседаниях в качестве представителя потерпевшего по уголовному делу № 1-240/2025.

27. Заключение от 06.11.2025 – по обращению адвоката О. о нарушении его профессиональных прав вследствие несоблюдения принципа непрерывности защиты.

Как следует из обращения, на досудебной стадии посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) адвокат О. был назначен защитником К. После поступления уголовного дела в суд адвокат О. обратился в Октябрьский районный суд Ростовской области, однако сотрудник суда сообщила, что адвокат О. судом защитником не назначался.

Комиссия отметила, что в соответствии с частью 3 статьи 50 УПК РФ и подпунктом 3.1 пункта 3 статьи 37 Федерального закона от 31.05.2002 № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» порядок назначения адвокатов в качестве защитников определяется Советом Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации.

Решением Совета ФПА РФ от 15.03.2019 (ред. от 01.07.2025) утвержден «Порядок назначения адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве» (Порядок), который во взаимосвязи с главой 4.1 Закона об адвокатуре предусматривает информационное взаимодействие с органами дознания, органами предварительного следствия и судами по вопросам оказания юридической помощи адвокатами, участвующими в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, посредством КИС АР.

Разделом 3 Порядка регламентированы основные принципы назначения адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, одним из которых является принцип непрерывности защиты (пункт 3.4.), означающий применительно к назначению адвокатов в качестве защитников в уголовном судопроизводстве участие одного и того же адвоката в уголовном деле с момента назначения до полного исполнения принятых им на себя обязательств.

Согласно пункту 2 Рекомендаций Совета ФПА РФ об обеспечении непрерывности защиты (утв. Решением Совета ФПА РФ от 28.11.2019) адвокат, принявший поручение по осуществлению защиты по назначению в досудебном производстве, не вправе отказаться от защиты в суде первой инстанции, включая подготовку и подачу апелляционной жалобы на итоговое решение суда.

На основании приведенных предписаний Комиссия пришла к выводу о необходимости осуществления адвокатом О. защиты К. на стадии судебного разбирательства, поскольку иное явится нарушением принципа непрерывности защиты в уголовном судопроизводстве.

28. Заключение от 27.11.2025 – по обращению адвоката П. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката.

Как следует из обращения, адвокат П. в качестве защитника по назначению вступил в уголовное дело по обвинению А., находящееся в производстве Южного окружного военного суда. В судебном заседании подсудимый заявил об отказе от защитника по назначению ввиду наличия у него защитника по соглашению. Адвокат П. ходатайство подсудимого поддержал, однако судом в его удовлетворении было отказано.

Комиссия установила, что подсудимый А. обеспечен защитой в установленном законом порядке – его защиту осуществляет адвокат по соглашению, который является в судебные заседания и надлежащим образом исполняет свои профессиональные и процессуальные обязанности, сведения о невозможности участия защитника по соглашению в уголовном деле в течение 5 суток отсутствуют, постановление о наличии признаков злоупотребления правом со стороны подсудимого и (или) его защитника (защитников) судом не выносилось.

С учетом разъяснений, содержащихся в Решении Совета ФПА РФ «О двойной защите» от 27.09.2013 (в ред. от 28.11.2019), Комиссия рекомендовала адвокату П. направить в Южный окружной военный суд заявление об отсутствии правовых оснований для его участия в уголовном деле № 2-904/2025, после чего устраниться от участия в деле.

29. Заключение от 09.12.2025 – по обращению адвоката Г. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, относительно его действий в ходе осуществления защиты лица, находящегося в розыске.

Согласно обращению, посредством Комплексной информационной системы адвокатуры России (КИС АР) адвокату Г. было распределено поручение на осуществление защиты обвиняемого Б. Защита осуществляется адвокатом по договору поручения об оказании юридических услуг в отношении третьего лица в соответствии со статьями 421, 430, 971 ГК РФ. Б. не является его доверителем, адвокат действует в его интересах по договору поручения с государством – Российской Федерацией. Поскольку судопроизводство по данному уголовному делу производится в заочной форме, Б. не является участником уголовного судопроизводства.

Комиссия разъяснила, что в соответствии с пунктом 4 Рекомендаций Федеральной палаты адвокатов Российской Федерации об обеспечении непрерывности защиты по назначению (утв. решением Совета ФПА РФ от 28.11.2019) адвокат, принявший поручение на осуществление защиты по назначению, обязан явиться к инициатору заявки, представить ордер и предъявить удостоверение, после чего выяснить, имеется ли у обвиняемого (подозреваемого, подсудимого) защитник по назначению или соглашению. Если у обвиняемого имеется защитник по соглашению, то адвокат обязан удостовериться в его надлежащем уведомлении в установленный законом срок и потребовать копию процессуального решения, в котором надлежащим образом мотивировано назначение адвоката в порядке статей 50, 51 УПК РФ при наличии защитника по соглашению.

Соответственно, алгоритм действий защитника по назначению находится в зависимости от наличия у обвиняемого защитника по соглашению. В случае, если защита прав обвиняемого обеспечивается свободно избранным защитником, адвокату, принявшему поручение посредством КИС АР, надлежит, с учетом требований, содержащихся в решении Совета ФПА РФ от 27.09.2013 «О двойной защите» (ред. от 28.11.2019), разрешить вопрос о правомерности вступления дело, и при наличии фактических и правовых оснований для вступления, осуществлять защиту обвиняемого, согласовывая свою позицию с защитником по соглашению, а при отсутствии таковых – устраниться от участия в деле. В том случае, если защитник по соглашению в деле не участвует, назначенному защитнику надлежит осуществлять защиту в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законодательством, КПЭА и Стандартом осуществления адвокатом защиты в уголовном судопроизводстве, принятом 20.04.2017 VIII Всероссийским съездом адвокатов (Стандарт), исходя из материалов уголовного дела, занимая позицию, максимально благоприятную для подсудимого.

При этом Комиссия отметила, что поскольку уголовное дело рассматривается в отношении Б., последний, вопреки утверждению заявителя, в силу законоположений, содержащихся в части 1 статьи 20 и части 2 статьи 47 УПК РФ, является участником уголовного судопроизводства (со стороны защиты).

Кроме того, в соответствии с перечнем, содержащимся в пункте 1 статьи 6.1 КПЭА, лицо, которому адвокатом оказывается юридическая помощь по назначению органа дознания, органа предварительного следствия или суда, признается доверителем. В связи с этим утверждение адвоката Г. об обратном является ошибочным.

Комиссия также отметила, что согласно пункту 1 Стандарта основанием для осуществления защиты является (альтернативно) соглашение об оказании юридической помощи либо постановление о назначении защитника. Это несовпадающие по своей правовой природе основания для вступления защитника в дело. В этой связи положения части 1 статьи 971 ГК («Договор поручения») при осуществлении защиты по назначению неприменимы. Помимо этого, по договору поручения одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя. При таких обстоятельствах утверждение заявителя о том, что он действует в интересах Б. по договору поручения с государством, является заблуждением, поскольку в противном случае пришлось бы признать, что доверителем адвоката Г. является Российская Федерация, что несовместимо с базовыми принципами адвокатской деятельности и адвокатуры.

30. Заключение от 30.12.2025 – по обращению адвоката В. о даче разъяснений в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 4 Кодекса профессиональной этики адвоката, в связи с устным отказом подсудимой от обжалования постановления об объявлении ее в розыск.

Комиссий установлено, что ввиду отсутствия письменного заявления подзащитной адвокатом подана апелляционная жалоба на постановление от 03.12.2025 об объявлении К. в розыск. Вместе с тем 19.12.2025 Белокалитвинским городским судом Ростовской области адвокату В. было вручено заявление К. о запрете на подачу защитником любых ходатайств и иных процессуальных документов без её подписи и личного присутствия, а также на обжалование судебных решений.  

С учетом установленных обстоятельств Комиссия рекомендовала адвокату В. в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 389.8 УПК РФ, направить в суд апелляционной инстанции заявление об отзыве жалобы.

В подготовке заключений приняли участие председатель Комиссии Хырхырьян М.А., члены Комиссии Алексеев В.Г., Бочков А.С., Динисюк А.Д., Какалия Ф.Л., Кирьянов А.В., Матюхин Д.А. и Назаров А.Г.

В отчетном периоде Комиссией по 33 обращениям адвокатов даны рекомендации и разъяснения. Подготовлено 19 ответов и обращений в органы государственной власти, касающихся защиты профессиональных прав адвокатов.

В порядке, предусмотренном статьей 450.1 УПК РФ, член Комиссии Бочков А.С. принимал участие в качестве представителя Адвокатской палаты Ростовской области в ходе производства осмотров и обысков, произведенных по месту жительства и месту осуществления профессиональной деятельности адвокатов (9 мероприятий).

В ноябре 2025 года Комиссией подготовлен проект «Рекомендаций о порядке заключения и расторжения соглашения об оказании юридической помощи», утвержденный впоследствии решением Совета Адвокатской палаты Ростовской области от 28 ноября 2025 года.

Председатель Комиссии М.А. Хырхырьян.
30 января 2026 г.